lebowski

Как Европа открывала Россию (краткий курс для чайников)

Mappa Mundi С точки зрения западноевропейца эпохи Возрождения открытие России было несколько менее сенсационным, чем открытие Нового Света, но не менее важным в отношении судеб континента.

   Объединяющими началами европейского сознания 15-16 веков являлись западная ветвь христианства, некоторая общность образа жизни и культуры и достижения накуки и техники. Всё это позднее назовут "христианской цивилизацией". Но главным, безусловно, являлась религия. При встрече с незнакомыми народами и явлениями, они оценивались с точки зрения Священного Писания. Однако, впервые столкнувшись с мусульманским миром, этот механизм не сработал: в Библии мусульмане не упоминались. Пришлось осмысливать и давать определения многим явлениям. Затем на границах европейской цивилизации появились монголы. И опять-таки им не нашлось подходящих аналогий ни из Библии, ни из античного наследия, кроме "варваров" и "чужих племён", которые мало помогали в осмыслении явления. Единственное, что стало понятным: в Западной Европе живёт отнюдь не бОльшая (хотя и лучшая) часть человечества. После открытия Америки европеец утвердился во мнении, что все остальные миры вокруг него младшие, недоразвитые, находятся на низшей ступени развития и должны учиться у Европы. Тем более, что миссионерство успешно сочиталось с колонизацией, обеспечивающей крупные экономические выгоды и делающей процесс самоокупаемым.
   Но что, если аборигены не жалают принимать то разумное, доброе и вечное, что возвысило христианский мир, или усваивают это на свой лад? Тогда они безнадёжны, их надо обезопасить: завоевать, поработить, ослабить и подчинить, наконец с трупа либо уничтожить.
Точно по такой же схеме протекало знакомство Европы и с Россией:

  1. Изучение.

  2. Попытка найти аналогии в известных явлениях (конец 15 - середина 16 вв).

  3. Готовность включить в свой состав (первая половина 16 в).

  4. Осознание безнадёжности и отторжение (вторая половина 16 в)

Итак, с античных времён европейцы слышали байки и пересказы повествований путешественников о землях, лежащих за таинственным Герцинским лесом, Рифейскими и Гиперборейскими горами, из которых вытекали реки Борисфен (Днепр), Танаис (Дон), и Ра (Волга). Живут там скифы, сарматы, гоги, магоги и ещё 54 варварских народа, не имеющих общего государства.

   По мере накопления знаний рвалось немало шаблонов, например в 1517 году окончателно выяснилось, что Рифейских гор вообще не существует, из чего следовало, что русские земли находятся как бы тоже в Европе, что оказалось не очень приятным сюрпризом.

   Первые письменные сочинения с описаниями Московии появились в тяжёлые для Священной Римской Империи времена. Потеря ряда земель, внутренняя междуусобица, нарастающая турецкая угроза заставляли взглянуть на новооткрытые земли и народы с особой точки зрения. В довершение всех бед грянула Реформация. Латинская часть Европы открыла и колонизировала Новый Свет. Германская же обрела надежду в высокой миссии обращения Московии в истинную католическую веру. Каким же предстал русский мир в сочинениях европейцев того времени? Очень благостным и идеализированным. У московитов нет ересей, терзающих католическую церковь. Они набожны и свято чтут традиции. Договорились до того, что православных, ранее считавшихся схизматиками и вероотступниками начали считать оплотом истинного, незамутнённого христианства. Кроме того, на фоне феодального междуусобного бардака твёрдая московская властная вертикаль казалась великим благом. Преданность русских своему государю считалась за великую добродетель и превозносилась до небес. Наконец, московиты выводятся как образец чистоты и простоты нравов: честны, гнушаются прелюбодейства, о противоестественных пороках даже не слыхали, клятвопреступлений и богохульств не допускают. В заключение, подготавливая будущую миссию, авторы указывали на необычайно щедрую, хотя и суровую, природу и множество товаров, которые весьма пригодились бы на Западе. Естественный вывод, который делают из этих описаний европейцы: русские уже созрели для того, чтобы принять "правильную религию" и радостно влиться в католический мир. Опыт 13 века с попыткой христианизировать Чингизидов был напрочь забыт. Папа Лев Х отправил Василию III буллу с предоложением, от которого тот ну просто не имел права отказаться: короновать его в христианского правителя, объединить церкви, а московского митрополита сделать патриархом. Ну, и потом всем дружно ринуться на турок.

  Вопреки ожиданиям, московский великий князь не захотел получить титул "лучшего немца 1518 года". Москву в это время занимали не турки, а поляки и литвины. Василий Иоаннович видел европейскую геополитическую конфигурацию в форме сильных России и Империи, между которыми лежали бы слабые Польша и Литва, а то можно бы и поделить их на 250 лет раньше срока. О церковной унии вопрос вообще не шёл. Император и папа на такой вариант были не готовы. Началось постепенное охлаждение первоначальных восторгов, чему всячески стали способствовать кровно заинтересованные в этом поляки. Не имея ещё в то время партнёра для нежных ласк в Новом Свете, Ягеллоны считали себя верными слугами папы и форпостом католичества на Востоке. Они-то и начали формировать западное мнение о русских в благоприятном для себя свете. Русские в польской версии предстали перед Европой "ненастоящими" христианами, органически враждебными католическому миру, грязными, дикими, не поддающимися цивилизации варварами. Твёрдая власть московского царя превратилась в тиранию, верность монарху - в жестокое рабство, кроткие и чистые нравы - в безумный разврат и пьянство. Очень кстати в этом плане пришлась и личность нового русского царя Ивана IV, за жестокость прозванного Васильевичем Терриблем, действительно дававшим некоторые основания для критики по части соблюдения прав человека, хотя и не слишком выделявшимся в этом отношении на фоне современных ему европейских партнёров.

Переломным моментом в представлениях Европы о России стали записки имперского посла в Москве Герберштейна, увидевшие свет в 1549 году. В них московиты окончательно объявляются отступниками от христианской веры, а Россия - антиподом христианскому миру. Все прежние достоинства московитов превратились в их противоположности, русские занимают место низшей расы, а их государство становится потенциальной колонией Запада. Если страна несмотря на готовность включить её в европейский мир отказалась от этой чести, то она автоматически становится "антимиром". Если Русь, одолевшая к тому времени Орду, ощущала своё возвышение через победу над вековыми угнетателями, то европейцы начали воспринимать её как продолжателя татарских ханств и следовательно как угрозу цивилизации.

   И в этот момент вспыхнуло противостояние за наследство "больного человека Европы" 16 века - Ливонию. Теперь уже демонизация России достигла высшего градуса. Московиты, вторгнувшиеся в Ливонию, рисовались как исчадия ада, призванные покарать бедную беззащитную страну за грехи её жителей. В принципе, это было естестенно. Военная пропаганда всегда отличается перехлёстами и преувеличениями.

   Но вдруг - стоп! В Польше случилось бескоролевье. Умирает бездетный Сигизмунд II Август и *внезапно* одним из кандидатов на престол оказывается Иван Васильевич настолько Грозный, что вся Европа не могла от этого кушать уже второе десятилетие. И тут оказывается, что всё не так уж и плохо. Особенно после того, как обошедший московского царя в первом же туре Генрих Валуа вскоре после занятия польского престола тайно сбежал обратно на родину. Личность Грозного стала освещаться в неожиданно светлых тонах. Тиран? Ну да, так это даже лучше, может дисциплинировать слишком расхлябанную шляхту, не допустит произвола. Завоеватель? Прекрасно, знает "справы рыцарские", оборонит от турок, обеспечит безопасность объединённой державы. Кроме того он богат, велик разумом и вообще под его высокой рукой объединённый экономический потенциал Московии, Польши, Литвы и примкнувшей к ним Ливонии будет иметь в Европе огромный вес!

   Великим планам не суждено было реализоваться, на польлский престол вступил Стефан Баторий и европейская риторика в адрес Москвы быстро вернулась к привычным стереотипам. Но ещё неоднократно на протяжении прошедших веков она совершала аналогичные загогулины.

Последняя из них в условиях ускорившегося течения истории прошла на глазах моего поколения. Возможно, и нынешнему предстоит наблюдать виточек этой бесконечной спирали.
  • Current Location: в земле Иафета
  • Current Mood: productive productive
  • Current Music: шелест древних манускриптов
Эдак ты скоро до 6-7 веков дойдёшь, когда воинственные германские племена начали выдавливать славян с территории центральной Европы!
Думаю, меня вовремя остановят на пограничном пункте.
Не моге не напомнит, что дчоь Ярослава Мудрого, Анна Ярославовна, знавшая греческий и латынь, кроме (древне)русского, разумеется, стала королевой Франции в 1048 году.

При этом: В далёкий Киев, где она жила вместе с отцом и двумя сестрами, недавно овдовевший французский король Генрих I Капетинг направил пышное посольство во главе с католическим епископом Роже:

Пойди - сказал Генрих I Капетинг епископому Роже, - туда, не знаю, куда и привели мне жену, неведомого рода племнени...

Смещные вы, фантазеры...
Да, конечно. Можно ещё "Щит на вратах Цареграда" напомнить.
Всё это было, и всё утонуло в волнах монгольского нашествия и темноте Высокого средневековья.
Пришлось Европе открывать Россию заново. И формировать о ней новые понятия. Спирали идут в обе стороны.
Верхнеприбитое
Пользователь moz_apm сослался на вашу запись в своей записи «Верхнеприбитое» в контексте: [...] Как Европа открывала Россию [...]