lebowski

Русская пресса 300 лет назад - 15





Ведомости вышли с обвинительным заключением по делу вице-адмирала Крюйса и трёх командиров кораблей русского флота, виновных в неудачных действиях против шведской эскадры во время похода к Ревелю, в результате чего шведам удалось уйти, а три русских корабля сели на мель, один из которых пришлось сжечь. В суде принимал участие сам Пётр, которого Крюйс уже к тому времени достал своим вздорным характером и многочисленными косяками за последние два года. На суде Крюйс держался высокомерно, очевидную вину не признавал, валил всё на подчинённых, за что и получил по максимуму. В ссылке, которая отнюдь не исправила характера старого морского волка, он пробыл больше года, затем был прощён и в дальнейшем занимал высокие должности по адмиралтейской части до самой своей смерти в 1727 г.
В тексте решения суда зафиксированы некоторые интересные подробности морской службы того времени.


Окончался криксрехт при Санктпитербрухе Флота его Царского Величества всероссийского над вице адмиралом Корнилиусом Крейсом и над двумя капитаны камендоры Вейбрантом Шхелтингою и Аврамом Рейсом, да над капитаном Дегрюйтером. О учиненных преступлениях в двух кампаниях а имянно в 1712 и в 1713 годах. Начался оной криксрехт от 14 декабря прошлого 1713 году. А по учиненной сентенции освидетелствованы преступления последующия.

ПО ПЕРВОМУ

В прошлом 1712 иуля 24 дня во время вывшей за неприятелем погони вице адмирал зело оплошно поступал.
Первое, что с утра того дня была зело слабая погода, и междо тем и тиш (как сам объявил), и когда шаутбеинахт галерной и капитан камендор шхелтинга приехали к нему по утру, то указ о руских брегантинах дал. А для бучирования с компавеи ничего шаутбеинахту не сказал, но уже в десятом часу по них послал.
Второе, что удердал креисаров без притчины, ибо сам послал к оным брегантиры для помощи обордированья. А потом медля с два часа, паки красной флаг поднял, и тем времянем креисаров увалило назадь, а неприятель получил свободу.
Третие, что в 25 и 26 числех июля не чилил погони за неприятелем и такими худыми поступки неприятелские карабли опустил. А что ссылается на данной ему указ, которой гласит, чтоб не осмотря над неприятелем авантажу не азардовать, и тот указ ево вице адмирали более обвилил, нежели оправдать мог. Ибо сила слова "газард" есть сие: чтоб в опасность себя не отдать, а тут ее не было. Первое, что неприятелей, два карабля и шнава, а у него было три линейных, три фрегата и две шнау. Також и место до Варивалдаи безопасно сочинило для узости оной, где прикрастся неприятелю отнюдь невозможно. К томуж сам написал, что ветр был от веста, и так свободно было ему ретировватца, ежелиб более неприялелей увидел, к кроншлоту безо всякого опасения.

ПО ВТОРОМУ

Вице адмирал многажды в своих очистителных писмах писал, что он ничего по морскому обычаю не пренебрег, но все чинил как искусной морский человек. Но оной в 1713 году во многом явился не исполнителем своея должности.
Первое, не надлежало было, чтоб ордеры давать за рюмками (как он шлетца, что чинил в 8 день майя), при котором толко семь человек офицеров было, а не все. И из оных свидетелствовали подписанием своих рук, что не слыхали, кроме одного капитана Фангента (которой был на карабле ево). И хотяб и то и то за пузитив ордер принять, то те, которые не были и не слыхали, чем винны? И как все слова за обедом вываемые могут за пузитиф ордер приняты быть? Надлежало б порядком по сигналу, призвав офицеров сказать, не точию одних капитанов камендоров, но и всех комендующих караблями. И не одинова, но многажды, дабы подлинно знали. И не точию указ дать, но и укреплять, дабы должность свою всякой исполнял по 25 пункту галанского артикулу. Но ныне хотяб и впрямь не делали офицеры своея должности, то их сим не данным ордером вице адмирал прикрыл.
Второе: будучи в погоне за неприятелем на консилии писменной о погоне и повороте написано было, чтоб гнать до вечера, и поворотить к Ревелю. А важное слово, о обордированье непомянуто, ниже то написано, чтоб всяк как возможно неприятеля атаковал. Також вице адмирал винил офицеров, что мочно б было каждому долг свой и без указу исполнять, а сам два писменные указы имев в руках, однакож не осмелился гнать без консилии (как сам написал во оной).
Третие: правда, что сигнал стреляния из дву пушек и не служит не регулярному бою. Однакож разумному командеру все способы употреблять во время нужды надлежит, не смотря на церемонию. И понеже видел вице адмирал, что офицеры долгое время в бою, а не обордируют (а ведал что пузитиф ордера нет), то для чего не сделал сего сигнала, хотя и чрезвычайно (чем мы мог весма оправдан быть).
Четвертое: когда сел ево карабль на мель, то для чего не перешел на иной карабль по 31 артикулу, которых имел три, а имянно Диану, Наталию и Святаго Иакова, которые к нему пришли в четверть часа, а иные и менши. И как свидетелсвтовали капитан Рам и камендор Шхон, что переитить было ему на другой карабль возможно. А что вице адмирал предлагал, что для того не сел на оной карабль, что скоро капитан камендор Рейс поворотился. И в том он виноват по вышеобъявленному свидетельству. Первое: что не довелось было краснаго флага спускать, когда менши четверти часа вышереченные карабли к нему пришли. Но перешед было на которой из них, и тогда б на карабле Риге опустить, а на другом куды пересел красной флаг поднять. Второе, хотя и поворотил Рейс, то бы переседкою на иной карабль поправить можно. И не надлежало б своево дела оставлять, как бы кто иной в своеи должности ни погрешил, по примеру 8 артикула в начале. Третие, вице адмирал на офицеров, а паче на капитанов камендоров, и на четырех креисаров, подал писменной извет (три дни потом когда начался криксрехт), что они не точию преступили свою должность, но и ево хотели неприятелю выдать (чего последняго в деле не явилось). И когда такое великое преступление видел, то не токмо по 15 артикулу оных судил, но ниже писал об них к господину адмиралу, ниже при возвращении своем из компании, писменное о том подал доношение. Но капитану камендору Шхелтингу (на котогого более всех вину кладет) по потерянии карабля Выборха, которым оной командовал, из первых караблей Пернов в команду поручил. И когда от адмирала писмом о том спрашиван, то ответствовал, что оное неисполнение не для чего иного, но толко для безчастия, что сели на мель два карабля Рига и Выборх. Но уже тогда почал доносить, когда до самого дело дошло, как выше изображено. Чего было доброму и честному человеку чинить не довелось. И тако вице адмирал не един раз, но в дву компаниях интерес сей монархии потерял, и достойной должности (как выше писано) не учинил.

Капитан камендор Шхелтинга сам сказал, что хотя ордера о обордировании ему не дано было, однакож он хотел обордовать по выстреле одним лагом, ежелиб карабль ево не сел на камень. А по допросом офицеров карабля ево освидетелсвтвовано, что с час стрелялся, и то позади, а не вшет междо караблей неприятелских, с боку. И по сему видимо есть что прежде случившагося несчастия караблю ево, было время ко ообрдированию. Но он в том должности своея не исполнил, ибо сам приказал людем готовым быть обордовать, а так долго стрелялся.

Капитан камендор Рейс, по учиненом несчастии двух караблеи: вице адмиралского и капитана камендора Шхелтинга, которые в гнанье за неприятелем стали на камень, сколь скоро усмотрил на карабле вице адмиралском, подобрание парусов и спущение красного флага, по котолрому чинена погоня, должен был остатца командиром по осмому артикулу. И надлежалоб ему неприятеля обордовать и всякой последней способ к розорения неприятеля чинить: не смотря на вице адмирала, понеже он на камени был и парусы в знак того подобрал. Разве б когда перешел на иной карабль, и паки иные сигналы дал. Но оной не токмо по своей должности и по артикулу исполнил, но по усмотрении спущения красного флага (без сигналного белого флага, которой имел быть по сигналному 27 артикулу) из таокой билзости от неприятеля (как сам в своем ответе написал что уже был в фузейном выстреле) поворотился. Также, как освидетелствовано мномими офицеры: стрелял сперва по неприятеле так далеко, что ядра не доставали, противно 29 артикулу.

Капитан Дегрюитер явно себя худым человеком оказал, а имянно в гнанье за неприятелем. Когда у него с карабля матроз упал в воду, тогда со всем караблем поворотился. Для чего можно было шлюпку или бот, которые назади волоклись, отсечь.

И тако определенные во оном криксрехте презес, и асесоры по прилежном и доволном вышеобьявленных дел разсмотрении, по изобретении самой правды, против артикулов галанских прав, во имя Его Царского Священнейшаго Величества, по болшим голосам осудили.

Вице адмирала Корнилиуса Крейса за ево преступления и неисполнения своей должности и против перваго артикулу наказать смертию.

Капитана камендора Шхелтенга, которой достоин быть жестокого наказания, но понеже на то ордера не имел, написать в молотчие капитаны.

Капитана камендора Рейса за не исполнение своей должности по осмомоу и двадесять девятому артикулу розстрелять.

Капитана Дегрюйтера за незнание ево дел выбить из сей земли без абшиту.

И потом, когда они приведены были перед достохвалный криксрехт, и тогда по обьявлении им вышепомянутой сентенции, и за преступления их должнаго наказания, Его Царское Величество, яко Всемилостивейший Государь, по своему обыкновенному милосердию, Корнилия Крейса, за прежние ево службы, вместо смерти животом даровал. И вовелел взяв чин, послать ево в Тоболск. Такжи и Аврам Рейс, которой уже приведен был к розстрелянию, такуюж пощаду получил. А протчим учинено по сентенции.



1714_01_23