lebowski

Навигационное

За свою службу мне пришлось совершить несколько штурманских кунштюков. Нет, конечно, до подвига самого великого навигатора всех времён Негоро, приведшего корабль с помощью топора вместо Америки в точное место побережья Африки, мне далеко. Хотя и до уровня матроса Железняка, который "шёл на Одессу, а вышел к Херсону" я не падал. Но различного занимательного таки случалось.
В частности, мною был освоен нетрадиционный штурманский метод ПРОКЛАДКИ ПО ГАЗЕТЕ.

Одной из подводных лодок 613 проекта предстояло совершить переход из Лиепаи в Палдиски. Лодка стояла в консервации, потом была расконсервирована силами кадрового состава и призванных из запаса "партизан". Потом она прошла и сдала курс боевой подготовки, потом докование в Лиепае, и вот теперь её надо было перегнать к новому месту службы, чтобы снова поставить в резерв. Поскольку доковый ремонт несколько затянулся, у большинства переподготовщиков окончился срок призыва, их демобилизовали и отправили по домам. А на перегон лодки прикомандировали сборный экипаж, ибо дело это нехитрое - просто тихо доползти из точки А в точку Б. Так я и попал на эту лодку.
Сказать, что лодка представляла из себя жалкое зрелище, было бы не совсем справедливо. Что-то из механизмов на ней работало, крутилось, жужжало и даже погромыхивало. Но далеко не всё. Из моего родного штурманского оборудования на ней работал только гирокомпас. Эхолот, правда, тоже подавал признаки жизни, но только на глубинах не свыше 10 метров. Об этом мне доложил весёлый штурманский электрик, которого я по прибытии на борт отыскал в аккумуляторной яме.
- Ничего, лейтенант, прорвёмся,- успокоил меня командир, которому я доложил эту, как мне тогда казалось, ужасную правду, - Делов-то... Надводный переход. Пойдём ближе к берегу, по маякам будешь определяться.
Командир тоже был приписным, мне незнакомым, и, как и я, прибывшим на борт за два часа до отхода. Не успев разобраться что к чему в своём заведовании, мне уже пришлось вылетать наверх, на мостик, по команде "По местам стоять, со швартовых сниматься". Забурлила вода за кормой, потянулись вдоль бортов знакомые берега Военного канала, и вот мы уже проходим ворота аванпорта. Погода отличная, настроение немного улучшается, хотя на душе всё же тревожно.
- Товарищ командир, разрешите хотя бы определить девиацию магнитного компаса? - вдруг спохватываюсь я.
- Время только тратить... - ворчит кэп, - хотя ладно, может и есть смысл. Даю тебе полчаса.
Прыгаю к магнитному компасу, вглядываюсь в увеличительное стекло гермитичной тумбы. Ничего не видно. Подсветка не работает. И неизвестно ещё что там внутри.
- Да сними ты у него колпак, нам же погружение не грозит, - советует командир, с интересом наблюдающий за моей суетой с мостика.
Посылаю боцмана за гаечным ключом, сам становлюсь на руль. Через десять минут колпак лежит на палубе, котелок магнитного компаса оказывается целым и не выпитым (в чём были главные сомнения). Лодка описывает циркуляцию, я снимаю отсчёты.
И очень вовремя. Потому что внезапно все репитеры гирокомпаса, издав печальное жужжание вдруг остановливаются. Ныряю вниз, в центральный пост. Там стоит вонь горелого электролака и суетятся вахтенный механик с электриком.
- Девятка сгорела, - радостно докладывает мне штурманский электрик.
Девятка - трансляционный прибор гирокомпаса. С него показане курса передаётся на все репитеры. Изоляция у него от времени отсырела и постоянно горели предохранители. Поэтому их заменили "жучками". Прибор нормально тянул весь прошлый месяц. И вот теперь наступили кранты - сгорел трансформатор. Запасного, естественно нет. Всё это он мне рассказывает с неубиваемым оптимизмом. Лезу на мостик пересказать это всё командиру уже с трагическими интонациями. Рекомендую вернуться в базу для устранения неисправности.
Но командир - бывалый морской волк! Он и слушать не хочет ни о каком возвращении. Плавали, знаем! И не в таких переплётах бывали. Боцман! Рулить по магнитному компасу. Как раз кстати колпак сняли, гы-гы-гы. К тому же, у него есть личный интерес. По приходу в Палдиски он должен сразу ехать в отпуск за позапрошлый год. Комбриг поклялся, что на этот раз точно отпустит. Даже отпускным билетом перед носом помахал. И чтобы он после этого из-за какого-то паршивого гирокомпаса вернулся? Хрен! Только вперёд!
Блин, похоже я попал в экипаж отчаянных весельчаков. Но что поделать? Второй после Бога приказал вперёд, значит вперёд. Вырубаю напрочь свой когнитивный диссонанс между тем, чему ещё недавно учили в училище и суровой правдой жизни, пытаюсь мыслить категориями реальности. Тщетно! Меня настигает последний удар - КАРТЫ ЗАБЫЛИ!
Ага, уймитесь, остряки... Не обе колоды, а натуральные навигационные карты перехода, разпротудыть их в трижды Нептуна пасть с проворотом! Альфу и Омегу навигации! Вот, лежит карта подходов к Лиепае на штурманском столе - и всё! Ящик пуст! Куда идём? И я не проверил... хотя, какое там в том дурдоме перед выходом... но всё же... блин, понадеялся... ну, теперь точно хана, возвращаться. 
Извлечённый на этот раз из-за торпедного аппарата штурманский электрик, захлёбываясь от счастья, подтверждает, что да, он помнит рулон карт, который относил в казарму по приказанию предыдущего штурмана, тот их корректировал. Где этот рулон сейчас он понятия не имеет. Я уже ненавижу его веснушчатую, вечно улыбающуюся физиономию, но себя я начинаю ненавидеть ещё больше.
На этот раз командир серьёзен. Так, давай, думай, лейтенант. Тебя ж учили. К тому же ты сам виноват, что не проверил перед выходом. Мало ли что времени не было! Тебе что, тепличные условия подавай? Вернёшься обратно - рапорт на тебя накатаю, спишут на тральщик или складом заведовать! Пойми, никак нельзя мне возвращаться. Иначе... неважно, не твоего ума дело. Нельзя и всё! Обыщи всю лодку, может где-то завалялись старые карты. Но обеспечь навигацию до Палдиски, считай это боевой задачей! Нам главное - попасть в Финский залив, а там разберёмся...
Убитый горем и непосильной ответственностью спускаюсь вниз. Весь экипаж начинает шарить по закоулкам в поисках карт. То один, то другой приносят мне обрывки, обрезки, какие-то плакаты с картами на обороте. Не то..., не то...
Через час поисков удалось отыскать старую карту западной части Финского залива, которая служила подложкой на книжной полке в каюте старпома. Всё. Маршрут между этими кусками, бОльшая часть перехода - терра инкогнита. Что делать? Ни радиопеленгатора, ни визуального пеленга, да и на кой они без карт? Отыскался, правда, секстан. Почти новенький, непользованный. И астрономический ежегодник. И закрутилась, заскрипела тут тяжёлая штурманская думка...

В результате долгих размышлений, метаний и рефлексий переход был совершён следующим образом:
gazeta_08

Выйдя из Лиепаи, легли на курс чистый N на меридиане 20°30' и шли этим курсом до конца карты. А потом перевели счисление на газету. Не помню её даты, но то, что это была "Правда" - совершенная истина. Так и шли мы на север примерно до широты, гарантирующей влезть в Финский залив, то есть 59°20'. Там легли в дрейф до полудня. В полдень с помощью секстана определили меридиональную высоту Солнца и по ней скорректировали широту места. Затем повернули строго на восток и пришли осорожненько этим курсом в видимость острова Осмуссаар, а там уже вдоль знакомых берегов на выпуклый военно-морской глаз и до Палдиски. Лодка снова стала в консервацию и больше никогда уже в строй не вводилась, через 10 лет её сдали на слом.
Первые седые волосы у меня появились именно на этом переходе. Первые слои бегемотовой кожи на чувствительных местах моей души отросли тогда же. Ну, и зародились первые навыки нестандартного подхода к точным наукам..
Сергей Леонидович, читая Ваш рассказ, мне совсем не было смешно. Жутковато и страшновато.
Таких случаев у меня не было. Были другие. Будучи старшим на борту, выявил два случая пьянства штурмана в море, когда ПЛ медленно и верно приближалась к мели. Невязки до 50 миль. Штурман не умел пользоваться КПФ, но пользовался...
Он же мне сообщил, что последний в России царь был Александр, но номера не помнил...
Тогда мне тоже было не до смеха. Это теперь уже можно вспомнить с улыбкой, когда всё позади. На консервацию, сами знаете, "ссылали" либо за разные промахи, либо за пьянство. Так что насмотрелся разного, когда имел с ними дело. Хотя, о большинстве призванных "партизан" у меня сложилось в основном положительное мнение. Приходили серьёзные взрослые мужики на должности рядовых, иногда с других проектов. Осваивали быстро технику, вводили в строй. Плавать с ними было надёжно. Хотя и дисциплина страдала.
Подумаешь, у нас на севере по пачке Беломора летали!:)
Извините, но, как говорят в народе, "че-та ржу". :-) :-)
Самый главный вопрос: капитан ушел в долгожданный отпуск? :-)
Не знаю. Я в тот же день уехал в Ригу, к своему постоянному месту службы. Надеюсь, что история для всех кончилась хорошо.
Сергей, аплодисменты. Просто аплодисменты.

>КАРТЫ ЗАБЫЛИ!

Ой, как знакомо. Как-нибудь напишу, как это было на пр. 877. :)
*Раскланиваюсь*
Да, интересно будет обменяться опытом забывания карт :)
Навигационное
Пользователь a803 сослался на вашу запись в записи «Навигационное» в контексте: [...] Оригинал взят у в Навигационное [...]
Как там с глубинами? На мель/камни выползти риск был?
Конечно, если бы пытались идти по стандартному фарватеру. Поэтому и пришлось держаться посреди моря от греха подальше.
гггыгыы:))
я гордюсь тобой:))
прикинул ситуевину на себя...
я бы наверное отошел мористее и пристроился в кильватер какому-нибудь река-море,
их там добре всегда шастает в нужном направлении.
а дата газеты ясна - незабвенный Лонид Ильич.
Re: гггыгыы:))
Ты что? Такой позор! Чтобы гордая субмарина за каким-то речником плелась? :)
К тому же, у неё осадка больше, 5.4 м емнип.
— Не знаю, — сказал Серега. — А я сколько ни читал книг про путешествия, всегда там пишут: "Капитан, прищурившись, навел секстан на солнце и определил координаты корабля…"
— А я в кино много раз видел: штурман сидит за картой и на бумажке вычисляет…

Кирилл Домбровский
Остров неопытных физиков
Ну да, по астрономии определитья - пять минут с секстаном и полчаса с таблицами.
Странно, что партизаны компас не распили. Неправдоподобный факт.