Grumblerr von Wezak und Magnusholm (grumblerr) wrote,
Grumblerr von Wezak und Magnusholm
grumblerr

Category:

Три Петра

"Садовых гномиков, или фламинго,
или каких-нибудь полководцев,
или все равно что— любой как частное лицо
может разместить
в своем личном садике или в своем доме".
Президент Латвии В. Вике-Фрейберга,
2.07.2002, по поводу открытия
восстановленного памятника Барклаю де Толли
.

История рижского памятника Петру Великому многократно и подробно описана. Хотя мне за последние две недели и довелось вживую осмотреть всех трёх Петров, я бы не стал о них писать, если бы не мог добавить от себя к этой истории один маленький аспект.


Но, для полноты картины сначала позволю себе повториться об известном.

Начало 19 века. На волне патриотизма, охватившего российское общество после наполеоновских войн в Риге зарождается и активно обсуждается идея установки памятника Петру к минувшему столетию присоединения Лифляндии. Был сделан даже его эскиз: Пётр в римской одежде на колеснице в окружении аллегорических женских фигур, символизирующих  Мир, Умеренность, Ригу, Двину а также богинь Минерву и Викторию, кроме того бегущие вражеские и победоносные русские войска и прочие подобающие атрибуты и символы. Этот проект не был осуществлён, но идея не была забыта.

1903 г. Рижская дума принимает решение об установке памятника. В короткий срок собрали 87236 рублей 89 копеек пожертвований. На конкурс были выставлены 58 проектов, победил берлинский профессор Густав Шмидт-Кассель.


1909 г. Начались работы по созданию памятника.

4 июля 1910 г. на Александровском бульваре в присутствии августейшего семейства в торжественной обстановке главный памятник Риги того времени был открыт.

Июль 1915 г. Всвязи с приближением германского фронта к городу наряду с промышленными предприятиями было принято небесспорное решение эвакуировать и памятник. Петра погрузили в трюм парохода "Сербино" и отправили в Петербург через Моонзунд. Стоя на якоре в Рижском заливе у о. Вормс в ожидании конвоя, судно было обнаружено германским эсминцем и потоплено торпедой. В последующих вихрях войн и революций о судьбе памятника никто особенно не интересовался.

11 июля 1928 г. Рижская управа приняла решение снести пустующий постамент в ходе работ по возведению памятника Свободы.
В том же 1928 г. осуществляя судоподъёмные работы затонувшего парохода "Сербино", эстонский водолаз обнаружил памятник Петру, лежащий в 30 метрах от судна. Эстонцы предложили рижанам его выкупить. Рижская городская управа начала изыскивать для этого средства.

10 июля 1934 г. Управа постановила выкупить у эстонского судоподъёмного общества статую за 15 тыс. эстонских крон. Интересно, что тогдашние городские мужи с латышскими фамилиями единогласно признали художественную и историческую ценность памятника российскому императору. То ли национализм тогда был цивилизованнее, то ли должность виновников всех бед латышского народа к тому времени была закреплена за немцами, но никаких следов про "символы империи и оккупации" в протоколах обсуждений этого вопроса не зафиксировано.

23 июля 1934 г. памятник в разобранном виде прибыл в Ригу в товарном вагоне. После подъёма по частям со дна моря он нуждался в серьёзной реставрации. Поскольку оригинальное место было занято, планировали установить статую в саду Виестура, бывшем Первом Царском парке города, основанным самим Петром. Новая мировая война опять помешала Петру занять достойное место в городе, который он так любил. Детали хранились сначала в Рижском замке, потом были перевезены в монастырский крестовый ход Домского собора.

В 1959 г. памятник попал на склад Управления благоустройства города. Снова начались дискуссии по поводу его установки.

25 сентября 1977 г. наконец-то было принято решение Рижского горисполкома восстановить памятник к 1990 году. На этот раз помешала не мировая война, а перестройка.

В 1989 году группа энтузиастов во главе со Станиславом Разумовским вывезла памятник буквально из-под носа охотников за цветметом из уже неохраняемого склада на территорию советской воинской части. Но позднее советские, вернее уже российские войска вывели, склад попал в руки латвийских военных. Голову памятника Станислав хранил у себя в гараже. Наконец, после многих перепетий и приключений статуя попала к предпринимателю Евгению Гомбергу, за свой счёт её восстановившему.

17 августа  2001 г. Пётр Великий спустя 86 лет вернулся в городской парк Кронвалда, но только на несколько дней. К тому времени понятия о культуре и об истории у власть предержащих уже были покрыты толстым слоем русофобии. За самоуправство Гомберга оштрафовали на 25 латов, после чего Пётр занял место на принадлежащей предпринимателю автостоянке, где и находится до настоящего времени.
Юридический статус памятника до сих пор не определён. Оригинальные детали — собственность Рижской думы. Восстановленные — собственность Евгения Гомберга. От принятия деталей и работы в дар дума воздерживается, акт о завершении работ не подписан. 
В том же 2001 году от "символа русского великодержавного шовинизма" латвийские власти пытались избавиться путём передачи его в подарок Санкт-Петербургу на 300-летие города. Питерской мерии хватило здравомыслия отказаться от такого подарка. Но сама скульптура понравилась. К тому же пришлись кстати слепки с оригинала, который восстанавливали в одной из мастерских северной столицы.
27 мая 2003 г. в Стрельне перед северным фасадом Константиновского дворца открылся памятник - точная копия рижского, установленная на пьедестале поскромнее, но оригинальной высоты.

Установленная на пьедестале доска о рижском прошлом оригинала не упоминает. И экскурсовод об этом почему-то не обмолвилась.

Если присмотреться, то кажется, что у рижского, оригинального Петра (у того, что сверху) выражение лица спокойнее и мудрее. А может, всё дело в освещении.


Но у судьбы памятника существует и побочная линия - это история его авторской модели, на протяжении по крайней мере советской эпохи Латвии бывшей украшением Колонного зала Домского капитула, который занимает музей истории Риги и мореходства. Экспозиция этого зала была посвещена петровскому периоду Риги. На фото 60-х годов модель находится в дальнем конце зала, рядом с исторической фреской вокруг вмурованной в стену бомбы, которую якобы послал по городу сам московский царь во время осады в 1709 году.

Сейчас это место выглядит несколько прозаичнее.

Экспозиции, посвящённой "русскому" историческому периоду от взятия Риги в 1710 году до середины XIX века в музее в данный момент не существует вообще, а неполиткорректный экспонат сослан на полувыставку-полусклад в Крестовой галерее собора.

Для уже изрядно повреждённого и уже давно требующего реставрации гипсового артефакта это не самые хорошие условия хранения, но нынешние латвийские культурные приоритеты это допускают.


Не вызывает сомнения, что история по крайней мере двух из трёх Петров не закончена. Будущие поколения рижан, которые будут безусловно культурнее и мудрее нынешних, расставят всё по надлежащим местам.
Tags: Ливония, Пётр I, былое и думы, город, исторический материализм, о прекрасном, прогулка в прошлое
Subscribe

  • Голубеет сине море

    Люди старшего возраста должны помнить монолог Хазанова, в котором на собрании перестроечного колхоза перед встречей американской делегации из…

  • "Санкт-Петербург не переживал такого ужаса с 1917 года"

    Монументы нашего города пополнились очередным пафосным сооружением. Увековечен эпохальный триумф латвийского духа, сравнимый разве что с победой…

  • Вместо Италии

    Наша Италия прошедшим летом накрылась короной. Нужно было найти ей достойную замену. И мы решили: коли не сложилось со Средиземноморьем, махнём в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments

  • Голубеет сине море

    Люди старшего возраста должны помнить монолог Хазанова, в котором на собрании перестроечного колхоза перед встречей американской делегации из…

  • "Санкт-Петербург не переживал такого ужаса с 1917 года"

    Монументы нашего города пополнились очередным пафосным сооружением. Увековечен эпохальный триумф латвийского духа, сравнимый разве что с победой…

  • Вместо Италии

    Наша Италия прошедшим летом накрылась короной. Нужно было найти ей достойную замену. И мы решили: коли не сложилось со Средиземноморьем, махнём в…