Дневник лентяя-трудоголика

Сидим, пьём кофе, брюзжим за жизнь, за работу.

Вот раньше были времена, а нынче – что? Вто раньше люди были, а теперь – кто? Мореманы, растудыт... Главная их песня: «Я – эксплуатационник! Вот дайте мне новенький, целенький, блестящий пароходик, и я вам за ним послежу, а если хорошо заплатите, то даже и кнопочки понажимаю. Ну, а если, не дай Бог, что сломается, то будьте любезны, вызывайте срочно сервис. Отремонтируйте и верните мне в полном порядке». Конечно, утрирую, далеко не все такие, но тенденция просматривается, увы. Даже судовой сварщик – фиттер, обязаность которого – варить, паять, пароход починять начинает прикидывать: «Да за такой ремонт компания должна бы заводу отвалить СТООООКА! А мне что, за один оклад горбатиться»?

В этой связи наш суперинтендант Олег вспоминает. Он в далёкие сказочные времена работал электромехаником на большом морозильном траулере. Оклады-то там были смешние. Основа зарплаты – паи, процент от улова. То есть работа чисто сдельная. И, когда идёт рыба и весь экипаж пашет круглосуточно на её обработке, вот тогда-то и создаётся основной рыбацкий капитал, который можно будет потом швырять кабацким лабухам за песню: «Я пью до дна, за тех, кто в море».

И вот представьте себе, в разгар такой горячей страды выходит из строя какой-либо транспортёр, или рыбообрабатывающая машина, или другой механизм в технологической цепочке. Цех встал. И Олег бежит срочно находить и устранять поломку с максимальной скоростью, ибо каждая минута простоя вымывала из моряцкого кармана ощутимые денежки. Поэтому ремонт проходил обычно под стальными взглядами матросов-рыбообработчиков, получающих на пай в два раза меньше электромеханика и под весёлый блеск и позвякивание их рыборазделочных ножей. «Попробуй я тогда заявить, что не могу починить что-то, что нужен какой-то береговой сервис – мигом очутился бы в мукомолке,- вздыхает Олег,- Знаете, такая дружеская атмосфера очень развивает быстроту и сообразительность».

Ага, повздыхали, помечтали и пошли заказывать типа очередной сервис для судовой радиостанции. Может, там действительно предохранитель сгорел или бумага в принтере кончилась?